Найти на портале

       

Авторизация        
E-mail      
Пароль    
Зарегистрироваться       Забыли пароль?

Некоммерческое Партнерство
«Союз Орловского коннозаводства»
   
   
 
Порода » Публикации » Издания  

Бутович Я.И. Мои Полканы и Лебеди. Воспоминания коннозаводчика.

Часть 1. – Пермь, «Тридцать три», 2003


Мы привыкли называть вундеркиндами детей, с ранних лет удивляющих окружающих своими исключительными способностями. Яков Иванович Бутович был своего рода вундеркиндом в области коневодства. Родные вспоминали, как он в трехлетнем возрасте, рассматривая коня на картинке, радостно изрек: «Лошадь – это бог». За еретическое высказывание малыша наказали, но лошади остались для него всепоглощающей страстью на всю жизнь. Он рано научился ездить верхом на подаренном отцом пони, еще юношей серьезно занялся изучением генеалогии орловских рысаков. Природа наделила его незаурядным литературным дарованием. Первая статья Бутовича на тему генеалогии была опубликована в журнале «Коневодство и коннозаводство», когда ее автору было шестнадцать лет. Через несколько лет Бутович уже стал признанным авторитетом в орловском коннозаводстве, хозяином процветающего Прилепского конного завода, издателем журнала «Рысак и скакун», наконец, страстным коллекционером – владельцем крупнейшего собрания произведений искусства, посвященных лошадям. После революции он не покинул родину, а продолжал активно трудиться на благо отечественного коневодства. Судьба его сложилась трагически. Сначала ему пришлось пережить ликвидацию Прилепского завода, потом трехлетнее заточение в тюрьму по облыжному обвинению. В 1937 году Бутовича арестовали и расстреляли… Могила его не сохранилась.

Свои воспоминания Яков Иванович начал писать в 1925 году в Прилепах, в течение года он закончил первую часть. Затем им была выполнена огромная работа – составлено описание ста наиболее значительных рысистых заводов дореволюционной России. Он успел завершить его до своего изгнания из Прилеп и ареста. Третья часть, содержащая воспоминания о коннозаводстве в послереволюционный период и другие материалы, писалась в тюрьмах и была закончена в 1932 году.

Драматична судьба рукописи. Она была сохранена основателем и первым директором Пермского конного завода Виталием Петровичем Ляминым, который предположительно получил ее от Бутовича в начале тридцатых годов. Лямин не мог не понимать, на какой риск он шел: достаточно было какому-нибудь недоброжелателю донести в соответствующие органы, что директор завода хранит рукописи Бутовича, чтобы на голову «пособника расстрелянного врага народа» обрушились жестокие репрессии. Однако он сохранил опасный архив, включавший около ста тетрадей, блокнотов и амбарных книг. Свою библиотеку, в том числе и рукописи Бутовича, В.П.Лямин завещал семье своего преемника на должности директора Пермского завода А.В.Соколова, здесь она хранилась с 1984 года. Инициативе и усилиям нынешнего главного зоотехника Пермского завода по коневодству А.А.Соколова мы обязаны тем, что теперь, после более семидесяти лет скрытного хранения, издана, наконец, первая часть воспоминаний Я.И.Бутовича. Необходимо также назвать и имя пермского журналиста С.Бородулина, который занимался дешифровкой и перепечатыванием рукописного текста.

Изданный том включает описание событий от детства Я.И.Бутовича, родившегося в 1881 году, до 1912 года. Пожалуй, самые поэтичные страницы читатель найдет среди воспоминаний о детстве, проведенном в богатейшем имении отца Касперовке Херсонской губернии. Далее события описываются в хронологическом порядке: учеба в гимназии в Одессе, увлечение иппологической литературой, громкий скандал из-за чтения на уроке латинского языка знаменитой книги Коптева и перевод в кадетский корпус в Николаеве. В год его окончания семья Бутовичей осиротела – отец скоропостижно скончался от инсульта, узнав, что один из сыновей отдан под суд, так как оказался замешан в истории с подменой орловца американским рысаком. Бутович рассказывает о подлинных событиях, которые легли в основу известного всем любителям лошадей рассказа А.И.Куприна «Изумруд».

После смерти отца Яков Иванович унаследовал его конный завод. Было это в 1900 году, но по-настоящему заняться любимым делом он смог только через несколько лет. Впереди было учение в юнкерском Николаевском кавалерийском училище, служба в драгунском полку в Ломже, участие в русско-японской войне. Обо всем этом живо и достаточно обстоятельно рассказывается в книге.

Объем журнальной рецензии не позволяет изложить даже вкратце все содержание воспоминаний Бутовича. Их героями выступают не только «Полканы и Лебеди», то есть столь любимые автором рысаки. Я.И.Бутович подробно рассказывает о многих деятелях коневодства конца XIX – начала XX века: это коннозаводчики, и барышники, и управляющие имениями, и служащие ипподромов, и наездники… Перед читателем встают колоритные фигуры Н.К.Малютина, Н.М.Коноплина, дальнего родственника Якова Ивановича – М.И.Бутовича, С.Г.Карузо, Н.С.Пейча, князей Л.Д.Вяземского и Д.Д.Оболенского, владельцев «лошади столетия» – Крепыша – Н.Н.Шнейдера и М.М.Шапшала, всех и не перечислишь. «Орловцы и метизаторы» называется одна из глав воспоминаний. В ней подробно описываются сложные перипетии борьбы за сохранение отечественной рысистой породы, начавшейся более ста лет назад, но не законченной и сегодня.

Интереснейшие страницы рассказывают о Всероссийской конской выставке и успехах принадлежавших Якову Ивановичу рысаков на этой и других выставках, о подборе троек для Всемирной выставки в Лондоне, о многих других событиях, в которых участвовал Бутович.

Заключительная глава посвящена принадлежавшей Бутовичу художественной коллекции, ставшей впоследствии основой фондов нынешнего Музея коневодства. Воспоминаниям предпослано написанное А.Соколовым и С.Бородулиным предисловие, рассказывающее об истории рукописи Я.И.Бутовича и о современном состоянии орловской рысистой породы. Завершает книгу обстоятельная статья председателя Международного общественного совета по сохранению орловской рысистой породы профессора Г.А.Рождественской.

Книга хорошо иллюстрирована. К воспоминаниям приложен словарь терминов. На наш взгляд было бы не менее полезно включить в последующие тома указатели имен и кличек упоминающихся в них лиц и лошадей.

В заключение хочется поблагодарить всех, кто причастен к изданию этой замечательной книги, которое несомненно является важнейшим событием не только для специалистов – коневодов и любителей лошадей, но и для всех, кого интересует история нашего Отечества.


Давид ГУРЕВИЧ

Конный мир №3 за 2003 г.


_________________________________________________________________________________________________________


"Мои Полканы и Лебеди"

По инициативе Андрея Соколова, начкона госконзавода "Пермский", заслуженного зоотехника России, создается общественная организация "Филипп" (в переводе с греческого это имя означает "любящий лошадей"). Главнейшая ее задача - попытка поддержать специфические традиции коннозаводства, прежде всего орловского, - ведь подобные производственные отношения, скрепленные идейной работой, создавали коллективы - нечто большее, чем труд на типичном производстве. Именно десятилетиями создаваемые традиции и украсили работу, например, Пермского конезавода в 80-х годах выигрышем Дерби (последнего Дерби, выигранного орловцем) и установлением двух безминутных рекордов (в истории породы только три орловца "выбежали" за две минуты на дистанции в полторы версты. Два, таким образом, пермских).

Первоочередной и очень сложный проект инициативной группы - это издание рукописи "Воспоминаний" Якова Ивановича Бутовича, знаменитого дореволюционного орловского коннозаводчика, создателя единственной в мире галереи, посвященной лошади (ныне гос. Музей коннозаводства). Эта книга могла бы стать для уходящего поколения коннозаводчиков утешением, а для совсем молодых читателей чтение книги, по крайней мере, - увлекательным занятием. Вообще, можно было бы говорить о попытке изменить отношение общества к коннозаводству, прежде всего к отечественному - орловскому, - но такое отношение, увы, почти в области преданий старины и создать его можно лишь по существу заново.

Вот, в чем-то причудливый итог драматичной истории орловца: с одной стороны, сегодня в орловских заводах осталось не больше 700 маток, - а это генетический дрейф, уже начавшийся сказываться в экстерьерных оценках, с другой, метисные заводы, почти вытеснившие с ипподромов орловцев за счет неравных правил испытаний, оказались в точно таком же удручающем экономическом положении. Таков итог их столетней спортивной и около спортивной борьбы: метисные заводы усиливались, пока орловские держались.

Изданию нужны меценаты, согласившиеся бы оказать целевую благотворительную помощь. Сегодня ни одна коннозаводская структура не смогла бы взять на себя единоличную организационную и финансовую ответственность за издание книги: гос.коннозаводству непросто издавать и студбуки, и свой ведомственный журнал, а экономическое положение конных заводов позволит им, конечно, минимально поучаствовать в издании, но, как говорится, всем коннозаводским миром…

Рукописи почти семьдесят лет, вначале она сохранялась В.П. Ляминым, первым директором и основателем пермского окр. завода, затем в семье преемника Виталия Петровича - Александра Васильевича Соколова. Где-то на пятнадцатом году революции Виталий Петрович познакомился с огромной рукописью "Воспоминаний" Бутовича и по его просьбе решился сберечь книгу...

******

Первую тетрадку "Воспоминаний" Яков Иванович записал в 1925 году. Было ему тогда 44 года, жил он в бывшем своем Прилепском имении Тульской губернии, служил директором коннозаводского музея, формального влияние на дела Прилепского конезавода, им созданного, уже не решался добиваться, но фактически был его руководителем.

То, как он учел требования тогдашней цензуры, выглядит очень наивным: с одной стороны, Яков Иванович оказал внимание цензуре, доведя первый том только до 1917 года, с другой, писателем он был таким, что если чего-либо и опасался, так это изменить самому себе. Поэтому и кажутся наивными его сноски "к будущему редактору" в рукописи, где, во-первых, трогательно рассказывается в сущности о благополучии коннозаводства при монархическом режиме, во-вторых, много прямых оценок революционной современности, пусть и по человечески сочувственных и слетевших с пера доброго сказочника. И знают, и он, и читатель, что потом начнется. Первая часть составлена из воспоминаний о друзьях-коннозаводчиках, коннозаводских и дворянских гнездах, любимых лошадях, навсегда ушедшем мирном времени - воспоминаний о каком-то неугомонно-хорошем настроении, с которым все время что-то придумывалось и реализовывалось: издание первого российского цветного журнала - "Рысак и Скакун", коллекционные начинания с "лютой собирательской страстью", которую Илья Репин благословил на создание коннозаводской галереи, золотые победы на выставках, ипподромах, победы над врагами-"метизаторами" (хотя, какими они были врагами - никому тогда и в голову не приходило бороться в подковерном стиле, не имелось для того условий, - прямодушно боролись).

С увлечением дописав первую книгу, как и предполагалось, до 1917 года, неугомонный Яков Иванович сразу принялся за вторую - "Архив сельца Прилеп", книгу очерков о лучших рысистых заводах прежней России... 82 рысистых завода, да еще и лучших, - реальная картина прежних времен и реальный писательский план для такого автора. К концу 1927 года Яков Иванович довел работу примерно до 50 завода. В январе же 1928 года Прилепский завод был уведен в Хреновое, Бутович снят с должности директора музея, изгнан из Прилеп и ограблен - по инструкции коннозаводских верхов, объявивших исполнителям: "И пустите его из Прилеп без штанов". В феврале его арестовали, в октябре приговорили к трем годам тюрьмы.

В ноябре того же года в тульской тюрьме он попытался вернуться к "Воспоминаниям". Под рукой у него были только первый том коннозаводской книги с предисловием Витта и книга Коптева, с которой Бутович никогда не расставался с детства, с того самого дня, когда он "заглянул в книгу Коптева и - погиб!". "После девяти месяцев заключения память моя сильно ослабела, - пишет Яков Иванович, - Приведу тому один, но яркий пример. Кто из лиц, интересующихся орловской породой, не помнит, что великий хреновской производитель Полкан 3 был сынов Ловкого 1-го! Я думал, что во всей республике не найдется ни одного такого охотника, кто бы не знал этого. И вот, это было в одну из тех долгих и тяжелых ночей, когда задыхаешься от духоты, страдаешь от тесноты в камере, которая рассчитана на 25 человек, а населена 60-ю, - в такую кошмарную ночь я думал о Полкане 3-м и не мог вспомнить его отца. В течение двух недель я делал усилия припомнить это имя, но все мои усилия были тщетны. В июле этого года по моей просьбе Крымзенков прислал мне Племенную книгу. Я лихорадочно открыл ее, сейчас же нашел Полкана 3 и узнал, что его отцом был Ловкий! Как мог я позабыть происхождение Полкана 3-го, того Полкана 3, о котором я написал груды бумаги, перед которым преклонялся и о котором говорил столько и так много, что покойный Измайлов* в шутку меня самого называл Полканом..."

Поэтому первые написанный в тюрьме исторические очерки он выстроил вокруг генеологического описания того, как лучше влить прилепских лошадей в Хреновую, МОЗО, Грязнуху, Пермский окр. завод и другие заводы, где они оказались. Десятки развернутых родословных, поданные в том же повествовательном стиле, помогли ему собраться с силами даже в отчаянных условиях тульской тюрьмы, упорядочить память и тот душевный настрой, которому так досталось за последние месяцы. И через полгода он вернулся к обширным историческим очеркам, к "Воспоминаниям". Но отныне он планирует их публикацию фанатично: "Если когда-нибудь мой труд будет опубликован...".

******

В запаснике коннозаводского музея есть незаконченная картина, написанная гостившим в Прилепах зимой 1917 года Френцем-младшим. Изображенные на ней три изможденные "казацкие" лошади не кто иные, как замечательнейшие прилепские матки: вороная - Ненависть, гнедая - Жар-Птица, белая - Летунья. В измученных лошадях едва угадываются рысаки еще недавно выставочных форм. Сердце замирало от тогдашних зимних голодовок лошадей, но расторопность Якова Ивановича такова была, что хозяйская удача ненадолго его оставляла. Он выстоял и один на один против крестьянского ажиотажа первых революционных лет, ему везло; множество раз - или какая-нибудь случайность отменяла запланированный крестьянами погром завода, музея, усадьбы, или он сам находил такие слова, чтобы не стреляли из наведенного на него оружия. Очевидно, самой главной удачей для орловского коннозаводства в те катастрофические дни стала встреча Я.И. Бутовича и П.А. Буланже, невероятно талантливого организатора с давними революционными связями в Москве. Созданная и руководимая Буланже и Бутовичем "Чрезвычайная комиссия по спасению племенного животноводства" и оказалась тем единственным способом, которым удалось спасти орловскую породу и не только ее одну.

И после удавалось ему находить союзников в губернском и московском руководстве, которых он убеждал, увещевал организацией первых бегов, выставок и т.д. Если бы союзники еще и не уходили в отставку, не оказывались в глазах верхов какими-нибудь уклонистами, он и себя самого дольше бы смог уберегать и от зависти, и от клеветы. Его уголовное дело целиком сфабриковано, тем же, кстати, энтузиастом провокаций, который в 1923 году спровоцировал уголовное дело В.О. Витта.

Казалось бы, что сами темы последних очерков должны выглядеть также уныло, как тюремный режим, и что писать историю последних лет можно только с каким-то опустошением: Ликвидация Прилепского завода, Эвакуация галереи в Москву... Но описывал он события с тем же в точности чувством, с каким боролся за спасение музея, завода, орловской породы. Он вообще прекрасно помнил что и как люди переживали и чувствовали - понимание этого было для него необходимым. Поэтому можно сказать, что и к своим врагам он относился лучше, то есть по человечески серьезней и внимательней, чем они сами к себе относились. "Как не правы были те, - стыдит их Яков Иванович, - кто мне завидовал!..", далее приводя обезоруживающие аргументы, как-то до трогательности терпеливо убеждая в обратном и читателя, и отсутствующих в камере завистников.

Та же человеческая точность, реальность оценок интересов и настроений помогла ему и в последней его большой работе - писательской. Как-то наверное именуется этот талант - спасать настоящее, талант, под обаяние которого не мог не попасть Виталий Петрович Лямин. Это отразилось и в том, как устраивался им Пермский окр. завод, и в его собственных небольших мемуарных опытах. И сами "Воспоминания", действительно, изменяют нечто очень важное в представлениях. Вряд ли, конечно, удалось выразить это ощущение за несколько минут, в которые укладывается чтение данной статьи, но может быть эти несколько минуток приблизят затянувшееся издание самой книги.

* Ф.Н.Измайлов, управляющий Дубровским заводом Вел. Кн. Дмитрия Константиновича

Сергей Бородулин

Газета "За человека" №27 за 2000г.


_________________________________________________________________________________________________________


Дух Бутовича

1910 год, Всероссийская конская выставка, последняя в империи - о чем тогда еще никто не догадывался.

Со всей страны соберутся профессионалы, конники, аристократы. Чем удивить их? Выдумка Бутовича была блистательной: перед изысканной публикой предстало гнездо маток - одиннадцать белых кобыл орловской рысистой породы, украшенных красными уздечками, голубыми попонами с гербом дворянина, миллионера, коннозаводчика Якова Бутовича. Он получил Большую золотую медаль, о его предприятии писала английская "Таймс"...

В Перми вышла удивительная книга, написанная семьдесят пять лет назад и ни разу не издававшаяся. Точнее, вышла первая часть воспоминаний Якова Бутовича "Мои Полканы и Лебеди", в которых знаменитый дореволюционный коннозаводчик рассказывает о своей жизни, об участии в Русско-японской войне, о людях и лошадях, которых он всю жизнь любил, разводил, изучал и спасал. Это 380 страниц, с уникальными фотографиями. Автор известен как создатель единственной в мире галереи, посвященной лошади, которая впоследствии стала государственным Музеем коневодства.

Бутович знал, чем рискует, когда не поехал за границу, где в Ницце у него была собственность, недвижимость, где жили его мать и сестра. Он стал активным сотрудником ЧК - чрезвычайной комиссии по спасению племенного животноводства России.

Первый раз Бутович был арестован в 1926 году, второй - в 1928 году. Третья часть воспоминаний написана Яковом Ивановичем уже в тульской тюрьме. Позднее его доставили под конвоем на Урал, где он должен был закупить лошадей для Соловецких лагерей. Тогда, вероятно, он передал рукопись Виталию Петровичу Лямину, основателю и первому директору Пермского 9-ого конного завода. Виталий Петрович хранил ее - огромную стопу, 96 тетрадей и амбарных книг - до 1984 года, когда передал ее вместе с библиотекой своему преемнику на посту директора, Александру Васильевичу Соколову.

Бутович, владелец Прилепского завода в Тульской губернии, был расстрелян в 1937 году.

Несколько лет сотрудник редакции газеты "Личное дело", которая тогда называлась "За человека", журналист Сергей Бородулин занимался расшифровкой рукописи Бутовича. Он проделал гигантскую работу, напечатав с помощью пишущей машинки 1200 страниц, из которых в первую книгу вошла только третья часть.

Редактировали книгу Надежда Николаевна и Ксения Борисовна Гашевы, которые узнали о ее существовании еще лет десять назад. Наконец нашли спонсоров, которые дали деньги на издание.

Яков Бутович вывел одну из лучших линий орловского рысака, которая дала целую серию российских призеров и существует до сих пор. Специалисты говорят: если в стране остается менее тысячи маток, то возникает опасность для существования породы. Так было в двадцатых - и тогда Бутович не уехал за границу, чтобы спасти тех, которых называл "лошади души моей". И сегодня, когда опасность для породы возникла снова, вернулся в родную страну - автором замечательной книги, представляющей настоящую мемуарную литературу.

Орловский рысак отличается красотой, экстерьером - и тем, что отрывает от земли сразу все четыре ноги, не знает хлыста - сам рвется вперед. Свободная порода, которую явился спасти неукротимый дух Бутовича.

Павел Кичигин

Газета "Личное дело" №2 (59) 02.03.2003

»   Спортивные мероприятия
»   Выставки и выводки
»   Магазины для лошади и всадника
»   Ветеринарные аптеки
»   Статьи
»   Музей Лошади
»   Фотоальбом
»   Библиотека
»   Скачать
»   Дневники
»   Форумы
»   Конский рынок
Рейтинг@Mail.ru
Хреновское училище объявляет набор
По направлению конных заводов, ипподромов, коневладельческих хозяйств и других, предприятий
 
2-я Специализированная ярмарка-продажа «ЭКВИРОС Весна - 2011»
31 марта – 3 апреля 2011 г.
ЭКВИРОС дает уникальный шанс заявить о себе!
 
Открытки
Выдающиеся лошади XIX века - Бычок, Летучий и другие - в рисунках со старинных литографий!
Все материалы, находящиеся на сайте www.orlovhorse.ru защищены законом РФ «Об авторских и смежных правах».
Распространение, перепечатывание или публикация материалов с сайта без согласия авторов запрещены.
Разработано ТО "СКиД" 2008-2017 ©
для НП "СОК" 2008-2017 ©